Warning: include(../../blocks/do_head.php) [function.include]: failed to open stream: Нет такого файла или каталога in /home/users1/g/goldbiblioteca/domains/goldbiblioteca/online_zarklassic/online_zarstr3/264.php on line 10

Warning: include() [function.include]: Failed opening '../../blocks/do_head.php' for inclusion (include_path='.:/usr/local/zend-5.3/share/pear') in /home/users1/g/goldbiblioteca/domains/goldbiblioteca/online_zarklassic/online_zarstr3/264.php on line 10
логотип сайта www.goldbiblioteca.ru

Warning: include(../../blocks/verhonline.php) [function.include]: failed to open stream: Нет такого файла или каталога in /home/users1/g/goldbiblioteca/domains/goldbiblioteca/online_zarklassic/online_zarstr3/264.php on line 19

Warning: include() [function.include]: Failed opening '../../blocks/verhonline.php' for inclusion (include_path='.:/usr/local/zend-5.3/share/pear') in /home/users1/g/goldbiblioteca/domains/goldbiblioteca/online_zarklassic/online_zarstr3/264.php on line 19
Джек Лондон. Обычай белого человека

Джек Лондон. Обычай белого человека 

Джек Лондон
Обычай белого человека


Я пришел сготовить себе ужин на твоем огне и переночевать под твоей крышей, сказал я, входя в хижину старого Эббитса. Его слезящиеся мутные глаза остановились на мне без всякого выражения, а Зилла скорчила кислую мину и что то презрительно буркнула вместо приветствия. Зилла, жена старого Эббитса, была самая сварливая и злющая старуха на всем Юконе. Я ни за что не остановился бы у них, но собаки мои сильно утомились, а во всем поселке не было ни души. Хижина Эббитса была единственная, где оказались люди, и потому мне пришлось именно здесь искать приюта.
Старик Эббитс время от времени пытался преодолеть путаницу в мыслях; проблески сознания то вспыхивали, то потухали в его глазах. Пока я готовил себе ужин, он даже несколько раз, как полагается гостеприимному хозяину, начинал осведомляться о моем здоровье, спрашивал, сколько у меня собак и в каком они состоянии, сколько миль я прошел за этот день. А Зилла все больше хмурилась и фыркала еще презрительнее.
Да и то сказать: чему им было радоваться, этим двум старикам, которые сидели, скорчившись у огня? Жизнь их подходила к концу, они были дряхлы и беспомощны, страдали от ревматизма и голода. Вдыхая запах мяса, которое я поджаривал на огне, они испытывали Танталовы муки и качались взад и вперед, медленно, в безнадежном унынии. Эббитс каждые пять минут тихо стонал. В его стонах слышалось не столько страдание, сколько усталость от долгтх страданий. Угнетенный тяжким и мучительным бременем того, что зовется жизнью, но еще более страхом смерти, он переживал вечную трагедию старости, когда жизнь уже не радует, но смерть еще не влечет, а пугает.
В то время, как моя оленина шипела и трещала на сковороде, я заметил, как дрожат и раздуваются ноздри старого Эббитса, кк жадно он вдыхает аромат жаркого. Он даже на время перестал качаться и кряхтеть, и лицо его приняло осмысленное выражение.
Зилла, напротив, стала качаться еще быстрее и в первый раз выразила свое отчаяние отрывистыми и резкими звуками, похожими на собачий визг. Оба и она и Эббитс своим поведением в эту минуту до того напоминали голодных собак, что я ничуть не был бы удивлен, если бы у Зиллы вдруг оказался хвост и она стала бы им стучать об пол, как это делают собаки. У Эббитса даже слюни текли, он то и дело наклонялся вперед, чтобы его трепещущие ноздри были ближе к сковороде с мясом, так сильно возбуждавшим его аппетит.
Наконец я подал каждому из них по тарелке жареного мяса, и они принялись жадно есть, громко чавкая, причмокивая, беспрерывно что то бормоча себе под нос. Когда все было съедено и чавканье утихло, я дал старикам по кружке горячего чая. Лица их выражали теперь блаженное удовлетворение. Зилла облегченно вздохнула, и угрюмые складки у ее рта разгладились. Ни она, ни Эббитс больше не раскачивались, и, казалось, оба погружены были в тихое раздумье. Я видел слезы в глазах Эббитса и понимал, что это слезы жалости к самому себе. Оба долго искали свои трубки видно, они давно уже не курили, потому что не было табаку. И старик так спешил насладиться этим наркотиком, что у него руки тряслись пришлось мне разжечь ему трубку.
А почему вы одни во всей деревне? спросил я. Все остальные вымерли, что ли? Может, здесь была повальная болезнь и выжили только вы двое?
Старый Эббитс покачал головой.
Нет, никакой болезни не было. Все ушли на охоту, добывать мясо. А мы с Зиллой слишком стары, ноги у нас ослабли, и мы уже не можем нести на спине поклажу, все, что нужно для дороги и лагеря. Вот мы и остались дома. Ждем, чтобы молодые вернулись с мясом.
А если они и вернутся с мясом, что из того? резко спросила Зилла.
Может, они принесут много мяса, сказал Эббитс, и в его дрожащем голосе звучала надежда.
А даже если много принесут, нам то что достанется? еще суровее возразила женщина. Несколько костей дадут обглодать так разве это пища для нас, беззубых стариков? А сало, почки, языки все это попадет в другие рты.
Эббитс поник головой и тихонько всхлипнул.
Некому больше охотиться за мясом для нас! крикнула Зилла с ожесточением, повернувшись ко мне.
Она как будто обвиняла меня в чем то, и я пожал плечами в знак того, что неповинен в приписываемом мне неизвестном преступлении.
Так знай же, белый человек: это твои братья, белые, виноваты в том, что мой муж и я на старости лет не имеем мяса и сидим в холоде, без табака.
Нет, возразил Эббитс серьезно (у него, видно, чувство справедливости было развито сильнее, чем у его жены), нет, нас постигло большое горе, это верно. Но белые не желали нам зла.
А где Моклан? крикнула Зилла. Где твой сильный и крепкий сын Моклан? Где рыба, которую он всегда так охотно приносил нам, чтобы мы не голодали?
Старик только покачал головой.
И где Бидаршик, твой могучий сын? Он был ловкий охотник и всегда приносил тебе спинное сало и вкусные сушенные языки лосей и карибу. А теперь я не вижу больше ни сала, ни вкусных сушенных языков. Твой желудок целыми днями пуст, и накормить тебя пришлось человеку очень дурного и лживого белого племени...
Нет, мягко остановил ее Эббитс. Белые не лгут, они говорят правду. Они всегда говорят правду. Он помолчал, ища подходящих слов, чтобы смягчить жесткое суждение, которое собирался высказать. Но правда у белого человека бывает разная. Сегодня он говорит одну, завтра другую, и невозможно понять его, понять его обычай...
Говорить сегодня одну правду, а завтра другую это и значит лгать! объявил Зилла.
Нет, белого человека понять невозможно, упрямо твердил свое Эббитс.
Мясо, чай и табак словно вернули его к жизни, и он крепко уцепился за мысль, всплывшую в мозгу. Мысль эта светилась сейчас в глубине его мутных от старости глаз. Он даже как то выпрямился, голос его окреп и звучал уверенно, утратив прежние интонации, то жалобные, то ворчливые. Старик обращался теперь ко мне с достоинством, как равный к равному.
Глаза белого человека открыты, начал он. Белый человек видит все, он много думает и очень мудр. Но сегодня он не таков, каким был вчера или будет завтра, и понять его никак невозможно. Он не всегда поступает одинаково, и никто не может знать, как он поступит в следующий раз. Обычай индейца всегда один и тот же. Лось каждый год спускается с гор в долины, когда наступает зима. Лосось всегда приходит весною, когда река освобождается ото льда. На свете все испокон веков совершается одинаково. Индеец знает это, и все ему понятно. А обычай белого человека не всегда один и тот же, и потому индейцу его не понять. Индеец не может знать, как поступит белый.
Вот, к примеру, скажу про табак. Табак очень хорошая вещь. Он заменяет голодному пищу, он сильного делает сильнее, а тот, кто сердится, за трубкой забывает свой гнев. И потому табак ценится так дорого, очень дорого. Индеец за лист табака дает большого лосося, потому что этот табак он может жевать долго и от сока его становится приятно внутри. А что делает белый? Когда рот его полон табачного сока, он этот сок выплевывает!.. Да, выплевывает прямо на снег, и дорогой сок пропадает даром. Что, белый человек любит табак? Не знаю. Но если любит, зачем же он выплевывает такой дорогой сок? Это непонятно и очень неразумно.
Старый Эббитс умолк и запыхтел трубкой, но, убедившись, что она потухла и ее нужно разжечь, протянул ее жене. И Зилле, чтобы сделать это, пришлось разжать губы, застывшие в язвительной усмешке по адресу белых.
А Эббитс молчал, не докончив своего рассказа. Он снова как будто ослабел под бременем старости. Я спросил:
А где ваши сыновья Моклан и Бидаршик? Почему ты и твоя жена на старости лет остаетесь без мяса?
Эббитс словно очнулся от сна и с трудом выпрямился.
Красть нехорошо, сказал он. Если собака утащит у тебя кусок мяса, ты бьешь ее палкой. Таков закон. Этот закон человек установил для собаки, и собака должна его соблюдать, иначе палка причинит ей боль. И когда другой человек украдет у тебя мясо, или челнок, или жену, ты убиваешь этого человека. Таков закон, и он справедлив. Воровать нехорошо, поэтому закон говорит: вору смерть! Кто нарушает закон, должен быть наказан. А самая страшная кара смерть.
Но почему же человека вы за кражу убиваете, а собаку нет? спросил я.
Старый Эббитс посмотрел на меня с искренним изумлением, в котором было что то детское, а Зилла насмешливой улыбкой дала мне понять, как мой вопрос глуп.
Да, вот так думают белые люди! заметил Эббитс.
Они глупы, эти белые! отрезала Зилла.
Так пусть же старый Эббитс поучит меня, белого человека, уму разуму, сказал я смиренно.
Собаку не убивают, потому что она должна тащить нарты. А человек никогда не тащит нарты другого человека, и потому, если он провинился, его можно убить.
Вот оно что! пробормотал я.
Таков закон, продолжал старый Эббитс. Теперь слушай, белый человек, я расскажу тебе об одном величайшем безрассудстве. Живет в деревне индеец по имени Мобитс. Украл он у белого два фунта муки. И что же сделал белый? Поколотил Мобитса? Нет. Убил его? Нет. А как же он поступил с Мобитсом? Сейчас узнаешь. У белых есть дом. И он запирает Мобитса в этом доме. У дома крепкая крыша, толстые стены. Белый разводит огонь, чтобы Мобитсу было тепло. Он дает Мобитсу много еды. Никогда в жизни Мобитс не едал такой хорошей пищи. Тут и сало, и хлеб, и бобов сколько душе угодно. Мобитсу живется отлично.
Дверь дома заперта на большой замок, чтобы Мобитс не сбежал. Это тоже очень глупо: зачем Мобитсу бежать, если у него там всегда еды много, и теплые одеяла и жаркий огонь? Дурак бы он был, если бы сбежал! А Мобитс вовсе не дурак.
Три месяца его держали в этом доме. Он украл два фунта муки и за это белый так хорошо позаботился о нем! Мобитс съел за три месяца не два, а много фунтов муки, много фунтов сахару и сала, а уж бобов целую уйму. И чаю Мобитсу давали вволю. Через три месяца белый открывает дверь и приказывает Мобитсу уходить. Но Мобитс не хочет. Ведь и собака не уходит оттуда, где ее долгое время кормили. Так и Мобитс не хотел уходить, и белому человеку пришлось его гнать. Вот Мобитс и вернулся к нам в деревню. Он очень разжирел. Так поступает белый человек, и нам его не понять. Ведь это глупо, очень глупо!..
Но где же твои сыновья? настойчиво допытывался я. У тебя сильные сыновья, а ты на старости лет голодаешь?
Был у нас Моклан, начал Эббитс.
Он был очень сильный! вмешалась Зилла. Он мог день и ночь грести, не отдыхая. Он знал все повадки лососей и был на реке, как дома. Моклан был очень умен.
Да, был у нас Моклан, повторил Эббитс, не обратив внимания на вмешательство жены. Весною он уплыл вниз по Юкону вместе с другими юношами, чтобы поторговать в форте Кэмбел. Там есть пост, где много всяких товаров белых людей, и есть торговец по имени Джонс. Живет там еще и шаман белых по вашему, "миссионер".
А около форта Кэмбел на реке есть опасное место, где Юкон узок, как стан девушки, и вода очень быстрая. Там сталкиваются течения с разных сторон, и в реке водоворот. Людей в этом месте засасывает. Течение все время меняется, и лицо реки никогда не бывает одинаково. А Моклан был мой сын и, значит, храбрый юноша...
Разве мой отец не был храбрецом? прервала его Зилла.
Да, твой отец был храбр, согласился Эббитс тоном человека, который во что бы то ни стало хочет сохранить мир в семье. Моклан твой сын и мой, и он не знал страха. Может быть, потому, что отец у тебя был смельчак из смельчаков, Моклан был тоже чересчур смел. Когда нальешь в горшок слишком много воды, она переливается через край. Так и в Моклане было слишком много смелости, и она переливалась через край.
Юноши, что плыли с ним по Юкону, очень боялись опасной воды у форта Кэмбел. А Моклан не трусил. Он громко засмеялся: "О хо хо!" и поплыл прямо к опасному месту. И там, где течения сталкиваются, его лодка опрокинулась. Водоворот схватил Моклана за ноги. Он кружил его, кружил и тянул вниз. Моклан скрылся под водой, и больше его не видели.
Ай ай ай! простонала Зилла. Он был ловок и умен, и он мой первенец!
Я отец Моклана, пробормотал Эббитс, терпеливо выждав, пока жена притихнет. И вот я сажусь в лодку и еду вниз по Юкону, в форт Кэмбел, чтобы получить долг.
Долг? переспросил я. Какой долг?
Долг с Джонсона, главного торговца, был ответ. Таков закон для тех, кто странствует по чужой стране.
Я в недоумении покачал головой, обнаружив этим свое невежество. И Эббитс посмотрел на меня состардательно, а Зилла, по обыкновению, презрительно фыркнула.
Ну слушай, белый человек, сказал старый Эббитс. К примеру, у тебя в лагере есть собака, и она кусается. Так вот, если она укусит человека, ты подаришь тому человеку что нибудь, потому что собака твоя и ты за нее отвечаешь. Ты платишь за вред, который она причинила. Верно? И то же самое бывает, если в твоем краю опасная охота или опасная вода: ты должен платить чужим за вред. Таков закон, и это справедливо. Брат моего отца пошел в страну племени Танана и был там убит медведем. Так разве племя Танана не уплатило за это моему отцу? Оно дало ему много одеял и ценных шкур. Так и следовало. Охота в тех краях опасна, и жители должны были за это заплатить.
Поэтому я, Эббитс, отправился в форт Кэмбел получить долг. А Джонс, главный торговец, посмотрел на меня и рассмеялся. Да, он долго смеялся, и не захотел платить. Тогда я пошел к вашему шаману, тому, кого вы называете "миссионер", и у нас с ним был долгий разговор. Я ему объяснил все про опасную воду и плату, которую мне следует получить. А он говорил о другом. О том, куда ушел Моклан после смерти. Если миссионер не лжет, там горят большие костры, и, значит, Моклану никогда не будет холодно. И еще миссионер толковал о том, куда я пойду, когду умру. Он сказал недобрые слова. Будто я слеп. Но это же ложь! И будто я брожу в великой тьме. И это тоже ложь! Я ответил ему, что день и ночь приходят для всех одинаково, и в моей деревне ничуть не темнее, чем у белых в форте Кэмбел. И еще я сказал, что приехал не за тем, чтобы толковать про тьму и свет, и то место, куда мы уходим после смерти. Мне должны здесь уплатить за опасную воду, убившую моего сына. Тогда миссионер очень рассердился, обозвал меня "темным дикарем" и прогнал. И я вернулся из форта Кэмбел, ничего не получив. Моклан умер, а я на старости лет остался без рыбы и без мяса.
А все из за этих белых! вставила Зилла.
Да, из за белых, согласился Эббитс. И еще другое случилось по вине белых. Был у нас сын Бидаршик. Белый человек поступил с ним совсем иначе, чем с Ямиканом, а ведь Бидаршик и Ямикан сделали одно и то же. Сперва я расскажу тебе про Ямикана. Молодой Ямикан был из нашей деревни, и случилось так, что он убил белого. Скверное это дело убить человека другого племени: из за него потом беды не оберешься. Однако Ямикан не был виноват. На языке у него всегда были добрые слова, и от ссор он бегал, как собака от палки. А белый выпил много виски и ночью пришел в дом к Ямикану. Он стал жестоко драться. Ямикан не мог от него убежать, и белый хотел его убить. Но Ямикану не хотелось умирать, и он убил белого человека.
Вся деревня была в большой тревоге. Мы очень боялись, что придется много заплатить родне убитого. И мы попрятали одеяла, и меха, и все наше добро, чтобы белые думали, что мы бедняки и не можем дорого заплатить. Прошло немало времени, и вот пришли белые. Это были воины. Солдаты, по вашему. Они увели Ямикана. Мать громко оплакивала его и посыпала волосы пеплом. Она была уверена, что Ямикана уже нет в живых. Да и вся деревня думала так и радовалась, что белые ничего с нас не взяли.
Случилось все это весною, когда река освободилась от льда. Прошел год, потом еще год. Опять наступила весна, и лед с реки сошел. И вот Ямикан, которого все считали мертвым, вернулся к нам живой. Он очень растолстел: видно было, что он все это время спал в тепле и ел досыта. У него было теперь много красивой одежды, и он был мудр, совсем как белый человек. Очень скоро он стал вождем нашей деревни.
Ямикан рассказывал много удивительного про обычаи белых: ведь он долго жил среди них и совершил далекое путешествие в их страну. Сначала белые солдаты долго везли его вниз по Юкону, очень далеко, туда, где река кончается и впадает в озеро, которое больше всей земли и такое же широкое, как небо. Я и не знал, что Юкон течет так далеко, но Ямикан это видел собственными глазами. Не верилось мне также, что есть такое озеро больше всей земли и широкое, как небо. Но Ямикан его видел. И еще он говорил мне, что вода в этом озере соленая, а это уже совсем удивительно и непонятно...
Однако тебе, белый человек, все эти чудеса известны, и я не стану утомлять тебя беседой о них. Расскажу только о том, что случилось с Ямиканом. Белые очень хорошо кормили его. Ямикан все время ел, и ему давали все больше хорошей пищи. Белые люди живут в солнечной стране, так рассказывает Ямикан, там очень тепло и тела зверей покрыты не мехом, а волосом. В полях зелень высокая, густая, вот откуда у белых берется мука, и бобы, и картофель. И в той стране под солнцем никогда не бывает голода. Там всегда много еды. Я об этом ничего не знаю... Но так говорил Ямикан.
Да, странно все то, что случилось с Ямиканом. Белые люди не причинили ему никмкого зла. Давали ему все время теплую постель ночью и много вкусной пищи днем. Они повезли его через Соленое озеро, огромное, как небо. Он плыл на огненной лодке белых, которая по вашему зовется "пароход", и этот пароход был раз в двадцать больше, чем тот, что плавает по Юкону. Сделан он из железа, а все таки не тонет. Не понимаю, как это возможно, но Ямикан говорит: "Я же плавал далеко на этой железной лодке и вот видите, я жив". Это военное судно белых, на нем множество солдат.
Плавание продолжалось много много дней и ночей, и вот Ямикан приехал в страну, где нет снега. Этому трудно поверить. Не может быть, чтобы зимою не выпадал снег. Но Ямикан это видел. Я спрашивал потом белых, и они тоже говорят, что в этой стране снега никогда не бывает. Но мне все еще не верится, и потому я хочу спросить у тебч: правда ли это? И еще скажи ты мне, белый человек, как называется та страна. Я когда то слышал ее название, но хочу услышать его еще и от тебя, тогда я буду знать, правду мне говорили или ложь.
Старый Эббитс смотрел на меня с беспокойством. Он решил во что бы то ни стало узнать правду, как ни хотелось ему сохранить веру в невиданное никогда чудо.
Да, сказал я ему. То, что ты слышал, правда. В той стране не бывает снега, а зовется она Калифорнией.
Кали фор ния, раздельно повторил он несколько раз, напряженно вслушиваясь в то, что произносил. И наконец утвердлительно кивнул головой.
Да, значит, это та самая страна, про которую рассказывал нам Ямикан.
Я догадывался, что случай с Ямиканом, очевидно, произошел в те годы, когда Аляска только что перешла к Соединенным Штатам: тогда здесь еще не было власти на местах и территориальных законов, и виновных в убийстве, видимо, отсылали в Штаты, чтобы там судить федеральным судом.
Когда Ямикан очутился в этой стране без снега, продолжал старый Эббитс, его привели в большой дом, полный людей. Люди эти долго говорили что то и задавали Ямикану много вопросов. Потом объявили ему, что ему больше ничего плохого не сделают. Ямикана это удивило: ведь ему и до того ничего плохого не делали, все время давали еды вволю и теплую постель. А с того дня его стали кормить еще лучше, давали ему деньги и возили по разным местам в той стране белых людей. И он видел много удивительного, много такого, чего не в силах понять я, Эббитс, потому что я старик и никуда далеко не ездил. Через два года Ямикан вернулся в нашу деревню. Он стал очень мудр и до самой смерти был нашим вождем.
Пока он был жив, он часто сиживал у моего огня и рассказывал про чудеса, которые довелось ему видеть. Бидаршик, мой сын, тоже сидел у огня и слушал с широко раскрытыми глазами.
Раз ночью, когда Ямикан ушел домой, Бидаршик встал, выпрямился во весь свой высокий рост, ударил себя кулаком в грудь и сказал:
Когда я стану мужчиной, я отправлюсь путешествовать в дальние края и даже в ту страну, где нет снега. Я хочу увидеть все своими глазами.
Бидаршик не раз ездил в дальние места, с гордостью сказала Зилла.
Это верно, торжественно подтвердил Эббитс. А когда возвращался, сидел у огня и томился жаждой увидеть еще другие, неизвестные ему земли.
Он постоянно поминал про Соленое озеро величиной с небо и про ту страну, где не бывает снега, добавила Зилла.
Да, сказал Эббитс. Он часто твердил: "Когда я наберусь сил и стану настоящим мужчиной, я отправлюсь туда и сам увижу, правда ли все то, что говорит Ямикан".
Но не было никакой возможности попасть в страну белых, заметила Зилла.
Разве он не поплыл по Юкону до Соленого озера, большого, как небо? возразил ей муж.
Да, но перебраться через это озеро в страну солнца ему не удалось.
Для этого надо было попасть на железный пароход белых, который в двадцать раз больше тех, что ходят по Юкону, пояснил Эббитс (он сердито покосился на Зиллу, видя, что ее увядшие губы опять разжались для какого то замечания. И она не решилась ничего сказать). Но белый человек не пустил Бидаршика на свой пароход, и мой сын вернулся домой.
Он сидел у огня и тосковал по той стране, где нет снега.
А все таки он побывал у Соленого озера и видел пароход, который не тонет, хотя он железный! воскликнула неукротимая Зилла.
Да, подтвердил Эббитс. И он узнал, что Ямикан говорит правду. Но у Бидаршика не было никакой возможности попасть в страну белых. И он затосковал и постоянно сидел у огня, как старый, больной человек. Он не ходил больше на охоту добывать мясо.
И не ел мяса, которое я ему подавала, добавила Зилла. Только головой качал и говорил: "Я хотел бы есть пищу белых людей и растолстеть от нее, как Ямикан".
Да, он совсем перестал есть мясо, продолжал Эббитс. Болезнь все сильнее одолевала его, и я боялся, что он умрет. То была не болезнь тела, а болезнь головы. Он был болен желанием. И я, его отец, крепко призадумался. У меня оставался только один сын, и я не хотел, чтобы Бидаршик умер. У него была больна голова, и только одно могло его исцелить. "Надо, чтобы Бидаршик через Соленое озеро попал в страну, где не бывает снега, иначе он умрет", говорил я себе. Я долго думал и наконец придумал, как ему этого добиться.
И однажды вечером, когда он сидел у огня, повесив голову в тоске, я сказал:
Сын мой, я придумал, как тебе попасть в страну белых.
Он посмотрел на меня, и лицо его просияло.
Поезжай так, как поехал Ямикан.
Но Бидаршик уже опять впал в уныние и ничего не понял.
Ступай, говорю я ему, найди какого нибудь белого и убей его, как это сделал Ямикан. Тогда придут солдаты. Они заберут тебя и так же, как Ямикана, повезут через Соленое озеро в страну белых. И ты, как Ямикан, вернешься сюда толстым, и глаза твои будут полны всем тем, что ты видел, а голова полна мудрости.
Бидаршик вскочил и протянул руку к своему ружью.
Иду убить белого.
Тут я понял, что мои слова понравились Бидаршику и что он выздоровеет. Ибо слова мои были разумны.
В нашу деревню пришел тогда один белый. Он не искал в земле золота, не охотился за шкурами в лесу. Нет, он все время собирал разных жуков и мух. Но он ведь не ел насекомых, для чего же он их разыскивал и собирал? Этого я не знал. Знал только, что этот белый очень странный человек. Собирал он и птичьи яйца. Их он тоже не ел. Он выбрасывал все, что внутри, и оставлял себе только скорлупу. Но ведь яичную скорлупу не едят! А он ее укладывал в коробки, чтобы она не разбилась. Не ел он и птичек, которых ловил. Он снимал с них только кожу с перьями и прятал в коробки. Еще он любил собирать кости, хотя костей не едят, а к тому же этот чудак больше всего любил очень старые кости, он их выкапывал из земли.
Этот белый не был силен и свиреп, я понимал, что его убить легко. И я сказал Бидаршику: "Сын мой, этого белого человека ты сможешь убить". А Бидаршик ответил, что это умные слова. И вот он пошел в одно место, где, как он знал, в земле лежало много костей. Он вырыл их целую кучу и принес на стоянку того чудака. Белый был очень доволен. Его лицо засияло, как солнце, он глядел на кости и радостно улыбался. Потом он нагнулся, чтобы рассмотреть их получше. Тут Бидаршик нанес ему сильный удар топором по голове. Белый повалился на землю и умер.
Ну, сказал я Бидаршику, теперь придут воины и увезут тебя в ту страну под солнцем, где ты будешь много есть и растолстеешь.
Бидаршик был счастлив. Тоска его сразуц прошла, он сидел у огня и ждал солдат...
Как я мог знать, что обычай у белых всякий раз иной? гневно спросил вдруг старый Эббитс, повернувшись ко мне. Откуда мне было знать, что белый сегодня поступает иначе, чем вчера, а завтра поступит не так, как сегодня? Эббитс уныло покачал головой. Нет, белых понять невозможно! Вчера они Ямикана увозят в свою страну и кормят его там до отвала хорошей пищей. Сегодня они хватают Бидаршика и что же они с ним делают? Вот послушайте, что они сделали с нашим Бидаршиком.
Да, я, его отец, расскажу вам это. Они повезли Бидаршика в форт Кэмбел, а там накинули ему на шею веревку, и когда ноги его отделились от земли, он умер.
Ай! Ай! запричитала Зилла. И он так и не переплыл то озеро, что шире неба, и не увидел солнечную страну, где нет снега!
А потому, сказал старый Эббитс серьезно и с достоинством, некому больше охотиться за мясом для меня, и я на старости лет сижу голодный у огня и рассказываю про свое горе белому человеку, который дал мне еду, и крепкий чай, и табак для моей трубки.
А во всем виноваты лживые и дурные белые люди! резко крикнула Зилла.
Нет, возразил ее старый муж мягко, но решительно. Виноват обычай белых, которого нам не понять, потому что он никогда не бывает одинаков.


 




На главную страницу  
   
   
   
Яндекс цитирования    
По всем вопросам и предложениям пишите на goldbiblioteca@yandex.ru
футер сайта