логотип сайта  www.goldbiblioteca.ru
Loading

Скачать бесплатно

Читать онлайн Ташлыков.В.А. Психологическая защита у больных неврозами и с психосоматическими растройствами

 

Навигация


Ссылки на книги и материалы предоставлены для ознакомления, с последующим обязательным удалением, авторские права на книги принадлежат исключительно авторам книг












































Яндекс цитирования

 

В.А.ТАШЛЫКОВ

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЗАЩИТА У БОЛЬНЫХ НЕВРОЗАМИ И С ПСИХОСОМАТИЧЕСКИМИ РАССТРОЙСТВАМИ

ВВЕДЕНИЕ
Синдромально-нозологическая характеристика неврозов и психосоматических расстройств не отражает в должной мере личность и внутренний мир больного, мотивы и механизмы его переживаний и поведения. В то же время личность пациента при этих заболеваниях может быть как в центре причин их развития и сохранения, так и лечения, прежде всего психотерапии. Значительные возможности для целостного понимания больного не только как носителя симптоматики, но и как человека со специфически измененным жизненным стилем, представляет учет внутренней картины болезни (ВКБ) — системы психической адаптации, имеющей в основе механизмы психологической зашиты и совладения (копинг-поведения).
Методологическим подходом к пониманию ВБК являются положения психологии отношений В.Н.Мясищева, представления о трехкомпонентной структуре отношения личности (когнитивный, эмоциональный, поведенческий), признание значимости взаимосвязи сознательного и неосознаваемого в регуляторных механизмах системы психической адаптации больного (Карвасарский Б.Д., 1982).
Восприятие, переживание и переработка болезненных расстройств у больных неврозами и психосоматическими расстройствами определяются особенностями их личностных свойств, концепцией «Я», психологическим конфликтом (внутриличностным и межличностным), психотравмирующей ситуацией, способами психологической защиты и совладания с болезнью и ее последствиями (Ташлыков В.А., 1984), В целом ВКБ формируется в защитных целях для снижения эмоционального напряжения и преодоления трудностей, вызванных заболеванием.
Когнитивный (познавательный) аспект ВКБ определяется прежде всего соматической или психогенной концепцией болезни, сформировавшейся у больных а ходе переработки ими патологических ощущений и переживаний. «Соматическая концепция» вытекает из доминирующих представлений больных об органических нарушениях нервной системы или внутренних органов. При отсутствии каких-либо органических нарушений у больных с соматизированными невротическими расстройствами отмечается тенденция к отражению своего психического дискомфорта в форме жалоб соматического характера. Эта тенденция в целом отражает защитную деятельность личности с целью устранения из сознания истинных причин переживаний. Однозначность «соматической концепции» у больных психосоматическими расстройствами в значительной мере поддерживается свойственной им алекситимией, то есть неспособностью к вербальному описанию своего эмоционального состояния и проблем. Алекситимические характеристики в общении с такими больными проявляются в подробном описании ими симптомов, иногда не имеющих отношения к данному психосоматическому заболеванию (в частности, больной с язвенным колитом больше жалуется на различные боли во всем теле, мышечные судороги и повышенную кислотность, чем на кровавый понос), тревогу и депрессию описывает в форме физических ощущений, испытывает затруднения в подборе соответствующих слов для описания чувств, отмечаются редкие сновидения и отсутствие фантазий, ограничены межличностные отношения (Apfel P.J., Sifnеos P.E., 1979). «Психогенная концепция» определяется представлениями больных о причинах своего заболевания, связанных с самооценками трудных жизненных ситуаций и отношений с окружающими. Однако под влиянием защитного функционирования личности больных причины своей психотравматизации они видят вовне, как правило, исключая свой вклад в развитие конфликтных ситуаций и отношений.
Эмоциональный аспект ВКБ включает такие основные типы доминирующего переживания болезни как депрессивный (подавленность и пессимизм вследствие реальных или воображаемых утрат объектов привязанностей, целей, сил или своих возможностей) и фобический (переживание угрозы утраты самоконтроля и независимости). Эти типы переживания болезни могут нередко совпадать с ведущими аффективными расстройствами, среди которых у больных неврозами и психосоматическими заболеваниями наиболее частыми являются тревога (страх) и депрессия.
Мотивационно-поведенческий аспект ВКБ (активность или пассивность в переработке личностных конфликтов и психотравмирующих ситуаций, преодолении болезни и стремлении к выздоровлению) находит выражение в особенностях самооценки, конфликта и патогенной ситуации, системы адаптации — механизмах психологической защиты и совладения, поведения типа комплаенс (следование лечебным предписаниям и соответствующему образу жизни).
Особенности ВКБ раскрывают стиль нарушенного личностного функционирования больного неврозом или психосоматическим заболеванием с учетом когнитивных, эмоциональных и поведенческих стереотипов, порождающих психотравмирующие жизненные ситуации. Эти неадаптивные стереотипы при действии выраженной психологической защиты препятствуют конструктивному решению больными патогенных психологических конфликтов между внутренними потребностями и требованиями среды, между потребностью личностной значимости (сохранение самоуважения) и потребность социального соответствия поведения. Развитие и сохранение неадаптивных стереотипов происходит в условиях искаженной переработки больными симптоматики («порочный круг» взаимодействия симптомов и переживаний), противоречивого отношения к диагнозу (страх и ожидание информации о болезни), роли пациента (пассивное отношение к лечению и желание выздоровления), актуальной жизненной ситуации (поиск причин трудностей вне собственного поведения и ожидание разрешения ситуации).
В неврозологии и психосоматике эволюция взглядов теоретиков и практиков относительно полхода к целостному пониманию больного и проведению дифференцированной терапии сопровождается перемещением акцента от признания важности личностных черт к учету патологических адаптивных механизмов личности, в частности, психологической защиты. В последние годы происходит дальнейшее смещение интереса в сторону изучения механизмов психической адаптации, связанных уже со здоровыми, положительными сторонами личности больного. Для повышения эффективности психотерапии больных неврозами и психосоматическими расстройствами полезным является знание не только психологической защиты, но и механизмов совладания (копинг-поведения) личности, направленных на активное разрешение конфликта, патогенной ситуации и устранение вызванного ими эмоционального напряжения. При этом целью психотерапии становится не только устранение симптомов заболевания, но и обучение пациента совладеющему поведению в трудных жизненных ситуациях.
СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О МЕХАНИЗМАХ
ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ЗАЩИТЫ И СОВЛАДЕНИЯ
Понятие психологической защиты получило признание по всех направлениях психологии и психотерапии. При заболеваниях с биологическими механизмами развития всегда рассматривали болезнь, как результат действия вредоносных факторов и механизмов «физиологической защиты», направленных на восстановление нарушенного гомеостаза организма. Аналогично можно рассматривать и механизмы психологической защиты. Воспаление и боль, с одной стороны, являются адаптивными физиологическими реакциями, с другой стороны, включаясь в патогенез болезни, выполняют и вредоносную роль. Также механизмы психологической защиты адаптивны, предохраняя сознание больного от болезненных чувств и воспоминаний, однако при проведении психотерапевтической работы создают определенные препятствия, отражая сопротивление переработке психотравмирующего содержания переживаний.
Представления о психологической защите первоначально формировались в рамках психоанализа. Впервые концепция психологической защиты в виде классического психоаналитического подхода была представлена А.Фрейд в ее книге «Эго и механизм защиты» в 1936 г. Согласно разработанной 3.Фрейдом структуре личности (бессознательные желания и инстинкты — «Оно», «Я», «Сверх-Я» — система интериоризированных норм и запретов), психологическая зашита рассматривается как бессознательные, приобретенные в процессе развития личности способы «Я» достижения компромисса между противодействующими силами «Оно» и «Сверх-Я», а также внешней действительностью. Механизмы психологической зашиты направлены на уменьшение тревоги, вызванной интрапсихическим конфликтом, и представляют собой специфические бессознательные процессы, с помощью которых «Я» пытается сохранить интегративность и адаптивность личности. Эта концепция в рамках психоанализа подвергалась определенным изменениям. Согласно взглядам ведущего современного психоаналитика Ch.Brenner (1981), психологическая защита является определенным аспектом мышления, отражающим взаимосвязи между «Я» и «Оно». В зависимости от особенностей конфликтной ситуации (различное размещение ее на оси удовольствие — неудовольствие). «Я» может применять защитные механизмы как защиту при натиске влечений, так и для их удовлетворения. В защитных целях «Я» использует любую установку, восприятие, отвлечение внимания, смещение на побудители иного поведения и вообще «все, что есть под рукой».
В основе современных представлений о механизмах психологической защиты доминируют познавательные теории (Grzegolowska H., 1981). Эти механизмы определяются как защитные переоценки (реинтерпретации), характеризующиеся изменением значения факторов эмоциональной угрозы, собственных черт и ценностей. В основе защитной деятельности, целью которой является снижение тревоги (психического дискомфорта) или повышение самооценки, лежит защита «Я» посредством искажения процесса отбора и преобразования информации. Благодаря этому достигается сохранение чувства соответствия между имеющимися у больного представлениями об окружающем мире, себе и поступающей информацией.
В отечественной психологии и психиатрии понятие психологической защиты рассматривается как важнейшая форма реагирования сознания индивида на психическую травму (Бассин Ф.В., Рожнов В.Е., Рожнова М.А., 1979). При этом имеется в виду прежде всего защитная перестройка, происходящая в системах взаимосвязанных психологических установок и отношений, в субъективной иерархии ценностей, которая направлена на редукцию патогенного эмоционального напряжения, способствуя, хотя и временному, но определенному лечебному эффекту и предотвращая дальнейшее развитие психологических и физиологических нарушений.
Такие негативные чувства как тревога, страх, гнев, стыд и др., сама болезнь как эмоциональный стресс вызывают в личности адаптивные процессы переоценки значения ситуации, отношений, собственных черт и представлений в целях ослабления психического дискомфорта и сохранения уровня самооценки. Эта переоценка осуществляется, как правило, в рамках несознаваемой деятельности психики с помощью целого ряда механизмов психической защиты, одни из которых действуют на уровне восприятия (например, вытеснение), а другие на уровне трансформации (искажения) информации (например, рационализация). Устойчивость, частое использование, ригидность, тесная связь с дезадаптивными стереотипами мышления, переживания и поведения, включение в систему сил противодействия целям лечения делают такие защитные механизмы патологическими. Общей их чертой является отказ личности от деятельности, предназначенной для продуктивного разрешения ситуации или проблемы, вызывающих негативные, мучительные для «Я» переживания.
Рассмотрим наиболее распространенные и важные механизмы психологической защиты. Вытеснение — недопущение в сферу сознания или устранение из нее болезненных и противоречивых чувств и воспоминаний, неприемлемых желаний и мыслей. Это наиболее примитивный, как правило, малоэффективный способ зашиты, но в той или иной мере он присоединяется к действию всех других защитных механизмов. Вытесняется, забывается обычно то, что снижает чувство собственной ценности личности. Чаще он проявляется у личностей с незрелым «Я», истерическими чертами характера, у детей. Близкими к описанному способу защиты являются механизмы перцептивной защиты (автоматические реакции невосприятия при наличии болезненного расхождения между поступающей и имеющейся информацией), подавления (более сознательное, чем при вытеснении, избегание тревожащей информации, отвлечение внимания от осознаваемых аффектогенных импульсов и конфликтов), блокирование (задержка, торможение, обычно временное, эмоций, мыслей или действий, возбуждающих тревогу), отрицание (непризнание, отрицание ситуаций, конфликтов, игнорирование болезненной реальности, фактов). Представленную совокупность защитных механизмов объединяет отсутствие переработки содержания того, что подвергается вытеснению, подавлению, блокированию или отрицанию.
Вторая группа защитных механизмов связана с преобразованием (искажением) значения содержания мыслей, чувств, поведения больного. Механизм рационализации проявляется в псевдообъяснении больным собственных неприемлемых желаний, убеждений и поступков, интерпретации по-своему различных личностных черт (агрессивности как активности, безразличия как независимости, скупости как бережливости и т.д.) с целью самооправдания, так как осознание истинного их содержания может привести к снижению чувства собственной ценности, повышению треноги и других отрицательных переживаний. При защитном механизме по типу интеллектуализации вступает в действие контроль над эмоциями и импульсами посредством преобладания размышления, рассуждения по их поводу вместо непосредственного переживания. Характерным признаком является «объективное» отношение к ситуации, чрезмерно когнитивный способ представления и попыток решения конфликтных тем, без ощущения связанных с ней аффектов. Близким к описанному способу защиты является механизм изоляции, состоящий в интеллектуально-эмоциональной диссоциации, отделении эмоции от конкретного психического содержания, в результате чего представление или эмоция вытесняются, или эмоция связывается с другим, менее значимым представлением, и тем самым достигается снижение эмоционального напряжения.
Следующий в этой группе защитный механизм реактивного образования характеризуется совладением с неприемлемыми импульсами, эмоциями, личностными качествами посредством замены их на противоположные (например, пациент с вытесняемой враждебностью по отношению к окружающим неосознанно принимает установку и поведение человека послушного и уступчивого). Механизм смещения проявляется тем, что реальный объект, на который могли быть направлены негативные чувства, заменяется более безопасным (например, сдерживаемая агрессия больного в отношении авторитетного лица перемещается на других, зависимых от него людей). В случае защитного механизма проекции происходит приписывание больным непризнаваемых собственных мыслей, чувств и мотивов другим людям. В отличие от предыдущего механизма, при идентификации больной отождествляет себя с более сильной личностью, в частности, имитируя агрессивную или дружелюбную манеру поведения в зависимости от ассоциируемых с этим человеком чувств страха или любви.
Третью группу способов защитного реагирования составляют механизмы разрядки отрицательного эмоционального напряжения. К ним относится защитный механизм реализации в действии (acting-out), при котором аффективная разрядка осуществляется посредством активации экспрессивного поведения. Этот механизм может составлять основу развития психологической зависимости от алкоголя, наркотиков и лекарств, а также суицидальных попыток, гиперфагии, агрессии и др. Защитный механизм соматизации тревоги или какого-либо отрицательного аффекта проявляется в конверсионном и психовегетативном синдромах, посредством трансформации психоэмоционального напряжения сенсорно-моторными актами. Некоторые включают в защитную деятельность личности механизм сублимации, преобразующий энергию инстинктивных влечений в социально приемлемую активность.
К четвертой группе могут быть отнесены защитные механизмы личности манипулятивного типа. При защитном механизме регрессии происходит возвращение к более ранним, инфантильным личностным реакциям, проявляющимся в демонстрации беспомощности, зависимости, «детскости» поведения с целью уменьшения тревоги и ухода от требований реальной действительности. С помощью механизма фантазирования (в функции манипуляции) больной, приукрашивая себя и свою жизнь, повышает чувство собственной ценности и контроль над окружением. Известен также защитный механизм ухода в болезнь, в случае формирования которого больной отказывается от ответственности и самостоятельного решения проблем, оправдывает болезнью свою несостоятельность, ищет опоки и признания с помощью роли больного.
Защитные механизмы в некоторой мере способствуют стабилизации «Я» личности больного, но приводят к неадаптивной ригидности его поведения. В системе адаптивных реакций личности больного механизмы психологической защиты тесно связаны с механизмами совладания (копинг-поведения). Впервые термин «coping» (совладание) был использован L.Murphy в 1962 г. в исследованиях способов преодоления детьми требований, выдвигаемых кризисами развития. К этим способам относились активные, преимущественно сознательные усилия личности, направленные на овладение трудной ситуацией или проблемой. В последующем понимание этих механизмов было тесно связано с исследованиями психологического стресса при широком круге заболеваний, в том числе при неврозах и психосоматических расстройствах. R.S.Lazarus (1966) определял механизмы совладания как стратегии действий, предпринимаемых человеком в ситуациях психологической угрозы, в частности, в условиях приспособления к болезни как угрозе (в разной мере в зависимости от вида и тяжести заболевания) физическому, личностному и социальному благополучию. В последние годы отмечается тенденция объединять в единое целое способы психологической зашиты и механизмы совладания (копинг-поведения). Для целостного понимания больного и проведения психотерапии такое объединение адаптивных реакций личности представляется целесообразным, при этом следует учесть, что спектр механизмов приспособления личности к болезни на разных этапах ее течения и лечения колеблется от активных, сознательных, гибких и конструктивных до пассивных, неосознаваемых, ригидных и дезадаптивных способов защиты и противодействия.
Цели копинг-поведения могут быть различными у пациента, врача и лиц из ближайшего окружения больного. Пациент заинтересован в приобретении психического равновесия, эффективного приспособления к жизни при проявлениях болезни и ее последствиях в случае хронического течения заболевания, оптимальной адаптации к требованиям лечения. Основными целями использования врачом копинг-поведения пациента является развитие познавательного отношения и мотивации больного к лечению, его активное сотрудничество в терапии, эмоциональная устойчивость и терпеливость в процессе лечения. Лица ближайшего окружения пациента ожидают от пего сохранения прежнего статуса в семье и на работе, поддержания социальных контактов. Для врача важно учитывать все это многообразие целей для развития разнонаправленного копинг-поведения пациента.
Типы механизмов совладания могут проявляться в когнитивной, эмоциональной и поведенческой сферах функционирования личности больных (Heim E., 1988). В когнитивной (интеллектуальной) сфере личности пациента могут получить развитие следующие механизмы совладания: отвлечение или переключение мыслей на другие, «более важные» темы размышлений, чем болезнь; принятие болезни как чего-то неизбежного, проявление своего рода философии стоицизма; игнорирование болезни, даже подшучивание над болезнью; проблемный анализ болезни и ее последствий, поиск соответствующей информации, расспрос врачей, обдумывание, взвешенный подход в решениях; относительность в оценке болезни, сравнение с другими людьми, находящимися в худшем положении; религиозность, стойкость в вере; придание значения и смысла болезни, например, отношение к ней как вызову судьбы или проверке стойкости духа и др.; самоуважение — более глубокое осознание собственной ценности как личности.
Механизмы совладания, связанные с эмоциональной сферой личности больного, проявляются в виде переживания протеста, противостояния болезни и ее последствиям; эмоциональной разрядки — отреагирования чувств, вызванных болезнью, например, плачем; изоляции — подавления, недопущения чувств, адекватных ситуации; оптимизма — уверенности в преодолении трудной ситуации; пассивного сотрудничества — доверия с передачей ответственности врачу; самообвинения, возложения вины на себя; переживания злости, раздражения, связанных с ограничением жизни болезнью; сохранения самообладания — равновесия, самоконтроля.
С поведенческой сферой пациента связаны следующие способы копинг-поведения: отвлечение — обращение в какой-либо деятельности, уход в работу; альтруизм — забота о других, а собственные потребности отодвигаются на второй план; активное избегание — стремление избежать «погружения» в процесс лечения; компенсация — отвлекающее удовлетворение каких-то собственных желаний, например, что-то купить для себя; конструктивная активность — удовлетворение какой-то давней потребности, например, совершить путешествие; уединение — побыть в покое, поразмышлять о себе; активное сотрудничество — ответственное участие в диагностических и лечебных процессах; поиск поддержки — стремление быть выслушанным, получить понимание и содействие.
Из представленного разнообразия механизмов совладания видна, с одной стороны, их близость к защитным механизмам, а с другой стороны, их отличие по параметру активности (конструктивность) — пассивности (неконструктивность). Наиболее продуктивными из них при проведении психотерапии являются активнее сотрудничество пациента в диагностическом и лечебном процессе, активный поиск поддержки в терапевтической и социальной среде, проблемный анализ болезни и ее последствий, разумная степень игнорирования болезни, стоицизм и терпеливость, сохранение самообладания, противостояние болезни, эмоциональная разрядка и альтруизм. Нередко врачу трудно проводить эффективную модификацию механизмов психологической защиты или их устранение, даже если он создаст устойчивое эмпатическое взаимоотношение с пациентом. В этом случае наиболее целесообразен акцент в психотерапевтической работе на поддержании и развитии у пациента механизмов совладения с болезнью.
МЕХАНИЗМЫ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ЗАЩИТЫ И СОВЛАДАНИЯ В КЛИНИКЕ НЕВРОЗОВ
Рассматривая неврозы как болезнь личности, В.Н.Мясищев их проявления трактовал как зафиксированные особенности отдельных механизмов болезненного восприятия и переработки жизненных трудностей, переживаемых человеком. Существенной характеристикой системы адаптации личности, отражающейся в ВКБ при неврозах и влияющей на эффективность психотерапии, являются механизмы защиты совладения. Для понимания условий и действий этих механизмов следует представить схему формирования ВКБ. Условия определенной трудной жизненной ситуации активируют в системе нарушенных отношений личности невротика неудовлетворение потребностей или их конфликт (в частности, потребности в признании, безопасности, самореализации, эмоциональном контакте, сексуальном удовлетворении и др.). Возникновение вследствие этого тревоги и эмоционального напряжения в свою очередь вызывает действие механизмов совладания (в частности, переориентацию целей, интересов, отвлечение, уход а активную деятельность и работу и др.). В последующем при развитии симптоматики и формировании ВКБ прежние активные адаптивные реакции уступают место пассивным защитным механизмам. В зависимости от особенностей ВКБ и характеристик личности больных в каждой из основных форм невроза нами выделяются различные стили невротического функционирования с преобладанием тех или иных сочетаний механизмов психологической защиты и совладания.
Характерными для больных неврастенией с депрессивным типом ВКБ и психогенной концепцией болезни в начале заболевания являются механизмы совладания — переключение мыслей на более важные, чем болезнь, размышления; уход в работу, деятельность какого-либо рода; сохранение самообладания. У больных с фобическим типом ВКБ и психогенной концепцией болезни чаще встречаются: проблемный анализ болезни и ее последствий, поиск соответствующей информации; пассивное сотрудничество-доверие с передачей ответственности врачу. Повышенная потребность достижений у этих пациентов фрустрирована из-за отсутствия желаемых сил, способностей и возможностей для осуществления своих целей, а главное — противоречивостью мотивов в стремлении к самоактуализации. По мере нарастания астении, хронизации невроза активные способы совладания сменяются такими пассивными защитными механизмами как вытеснение (подавление), отрицание, рационализация, идентификация. Примером действия защитных механизмов может быть поведение наблюдавшегося нами больного с астено-тревожным синдромом (депрессивный с психогенной концепцией болезни тип ВКБ). Развитие невроза было связано с эмоциональным напряжением, вызванным противоречивыми переживаниями пациента в профессиональной сфере. В этот период ему была предложена новая административная должность, которая ограничивала в некоторой мере его прежнюю научную деятельность (высокозначимую в его иерархии ценностей), но позволяла иметь высокий материальный достаток. Как показал анализ, вытеснению в область неосознаваемого подверглись опасения пациента своей научной несостоятельности, а также чувство стыда за выбор более «низкой» ценности (материального достатка). Отказ от продолжения работы над диссертацией больной объяснял несовместимостью административной и научной деятельности, а по мере углубления астении — и болезнью. В основе такого объяснения лежал защитный механизм рационализации.
Следующий пример может иллюстрировать действие защитного механизма отрицания у пациентки той же формы невроза и типа ВКБ. В течение трех лет пациентка, имея выраженные астеновегетативные расстройства, обращалась за помощью лишь к терапевту, отказывалась от посещения психоневролога, не признавала себя больной неврозом с целью избежать идентификации с психически больным мужем. Пациентка отрицала (подавляла в себе) сочувственное отношение к психически больному мужу, пытаясь заглушить мучительные опасения за здоровье сына. Стремясь подавить тревогу за психическое здоровье сына (мысли о возможной неблагоприятной наследственности), она пыталась воспринимать (вопреки реальности, как бы отрицая фактическое положение дел) мужа здоровым человеком и предъявляла к нему непомерно высокие требования, фрустрируя его и себя. Обычно же защитный механизм отрицания проявляется не в отношении заболевания в целом, а в отвлечении внимания от каких-либо неприятных аспектов патогенной ситуации, в отрицании пациентом негативных сторон своего поведения. В случае соматической концепции своего заболевания у больного неврастенией действует механизм соматизации, формирующий психовегетативный синдром, основу которого преимущественно составляет не символический способ выражения невротического конфликта, а фиксация соматизированной трансформации (разрядки) аффективного напряжения, вызванного этим конфликтом.
Наиболее типичным защитным механизмом при истерическом неврозе является вытеснение, амнезия как защитная форма адаптации, способ примирения с самим собой путем вытеснении болезненных переживаний. Им также свойствен феномен перцептивной защиты — избегание негативных эмоциогенных ситуаций, «забывание» событий, связанных с собственными неудачами, противоречивым отношением к значимым лицам. Например, пациентка с истерическим неврозом, страдающая фригидностью, вытесняет все чувства сексуального возбуждения. Другая больная со страхом смерти, потери самоконтроля при значительной сексуальной напряженности подавляла в себе стремление к реализации полового влечения, опасаясь новых любовно-сексуальных неудач.
Защита идеализированной «Я-концепции» у больных истерическим неврозом осуществляется посредством механизмов реактивного образования (отрицательные личностные черты приобретают маску позитивных качеств, например, стремление манипулировать людьми в собственных целях выступает внешне в виде альтруистического поведения), проекции (например, в процессе групповой психотерапии больная истерическим неврозом с цефалгическим синдромом приписывала другой пациентке в группе враждебное отношение с ее стороны, однако совместное обсуждение выявило лишь наличие ее собственной враждебности с подавленным чувством зависти к пациентке).
При истерическом неврозе преобладающим механизмом соматизации клинической картины в случаях соматической концепции заболевания во внутренней картине болезни является конверсия, ведущая к разрешению психического конфликта сенсомоторными актами, или иными словами, обусловливающая трансформацию психологических конфликтов в функциональные соматоневрологические проявления (Смулевич А.Б. и др., 1984). Больные истерическим неврозом часто в трудных, фрустрирующих ситуациях используют прежние, инфантильные стереотипы поведения в качестве защитного механизма регрессии, а также манипулятивный способ ухода в болезнь с целью переложить ответственность за решение всех своих проблем на врача и лиц своего ближайшего окружения.
Характерными для больных неврозами навязчивых состояний являются защитные механизмы интеллектуализации и изоляции аффекта. Эти механизмы способствуют формированию жестко самоуправляемого, напряженного, постоянно целенаправленного способа восприятия, мышления и поведения больных. Они приводят также к подавлению и ослаблению эмоционального опыта, повышению интеллектуальной концентрации и сосредоточенности внимания на своих мыслях и поступках. В зависимости от типа концепции своего заболевания и особенностей самооценки в ВКБ больные неврозом навязчивых состояний могут использовать и другие защитные механизмы. У пациентов с психогенной концепцией болезни, фрустрацией потребности в безопасности (угроза снижения самооценки, утраты самоконтроля), блокированием стремления к независимости определяется механизм реактивного образования (развитие подчеркнуто подчиняемого, зависимого, послушного поведения). Для больных с этой формой невроза и соматической концепцией заболевания характерны защитные механизмы соматизации, рационализации. Примером действия рационализации может быть поведение пациента с социофобическнм синдромом, оправдывающего отказ от предложения более высокой должности ссылкой на необходимость обдумать это предложение, а при развитии фобии — на невозможность поездок и служебных командировок. В то время как истинными, но малоосознаваемыми причинами отказа являлись чувство неуверенности и представление о собственных ограниченных возможностях и деловых способностях. Защитную роль при этой форме невроза выполняет и фобическая симптоматика, за фасадом которой скрываются истинные, но неосознаваемые страхи и опасения больного. В целом, у каждого конкретного больного неврозом можно выявить индивидуальный стиль защитного функционирования личности.
МЕХАНИЗМЫ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ЗАЩИТЫ И СОВЛАДАНИЯ
В КЛИНИКЕ ПСИХОСОМАТИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ
Знание психологических механизмов защиты и совладения, с помощью которых больной пытается приспособиться к заболеванию или справиться с ним, важно не только для психиатра, по и для врача-соматолога. Принятие биопсихосоциальной модели заболевания при психосоматических расстройствах позволяет врачу определить роль личностного фактора и их патогенезе. В этом случае целью лечении становится не только устранение симптомов, но и научение пациента более конструктивному адаптивному поведению в совладании с болезнью и трудными жизненными ситуациями.
В последние годы увеличивается распространенность психосоматических заболеваний, прежде всего сердечно-сосудистой системы и желудочно-кишечного тракта, в этиопатогенезе которых значительную роль играют психологические факторы (Губачев Ю.М., Стабровский Е.М., 1981). При этом в механизмах развития хронического эмоционального напряжения существенное значение придается не только определенным личностным факторам, но и особенностям формирования механизмов психической адаптации (Бассин Ф.В., 1969; Соложенкин В.В., 1980, и др.).
В зависимости от типа ВКБ, прежде всего особенностей концепции собственного заболевания, у больных с психосоматическими расстройствами могут формироваться различные механизмы психической адаптации. При чисто соматической концепции своей болезни, с учетом особенностей личности больного, актуальной жизненной ситуации и социального статуса, ведущими механизмами психологической защиты являются вытеснение, отрицание, соматизация и регрессия. Многие их этих больных, как правило, отрицают участие психологических факторов в развитии их заболевания или придают им второстепенное значение. Действие механизма вытеснения приводит к тому, что за фасадом соматических жалоб трудно выявить скрываемые психотравмирующие проблемы и переживания, а также подавляемый страх перед болезнью и ее последствиями.
При психогенной концепции своего заболевания пациенты с психосоматическими расстройствами придавали существенное значение эмоциональным факторам в развитии и сохранении болезни, однако источник их видели в психотравмирующем отношении к ним окружающих, неблагоприятных обстоятельствах жизни или даже в «злом роке», иногда же обвиняли медицинскую службу в несвоевременной диагностике болезни и ненадлежащем лечении. Наряду с защитными механизмами вытеснения и отрицания для данной категории Пациентов характерны проекция и рационализация. Поведение таких больных приобретает черты инфантильности, покорности, беспомощности, зависимости от окружающих. Нередко защитное регрессивное поведение приводит к манипулятивному уходу в болезнь, попыткам решать все возникающие проблемы с помощью роли больного. У этих больных при изучении периода, предшествующего развитию заболевания, можно обнаружить готовность к отказу от ответственности за возникновение и решение трудных ситуаций в их жизни.
В то же время, у части больных (при адекватно развитой системе отношений личности, достаточной силе «Я») с данным типом ВКБ отмечаются активные, преимущественно, сознательные механизмы совладания — разумное игнорирование болезни при тщательном соблюдении медицинских предписаний, отсутствие обвинений окружающих в развитии заболевания, сохранение самообладания и переключение внимания на новые интересы и занятия и др.
Особенности защитного функционирования больных с психосоматическими нарушениями определяются не только содержанием внутренних и внешних конфликтов, но и такими характерными для них свойствами ВКБ как подавление тревоги за состояние своего здоровья, преобладание ригидной нормативности и контроля в отношении своего поведения, а также алекситимией. Если при неврозах характер и формы психологической защиты направлены в основном на приведение в некоторое соответствие нарушенного внутриличностного функционирования с внешней реальностью, то при психосоматических заболеваниях защитные способы ослабления эмоционального направления сосредоточены на межличностном функционировании больных в их социальной среде.
По мнению Т.В.Кагахи (1979), для больных с психосоматическими заболеваниями характерно формирование наиболее жестких и архаичных защитных реакций, направленных против переживания аффекта; эти больные неспособны выражать отрицательные чувства, особенно агрессивность. Многие пациенты с такой патологией рассматривают психологический конфликт как признак слабости характера, а эмоциональные проблемы — как равнозначные симуляции, типичным для них является отношение к проявлению зависимости как к чему-то постыдному. Больным свойствен высокий эмоциональный контроль, за которым обнаруживаются стремление к отказу от выражения собственных потребностей, зависимость, разочарование, гнев, а также сознание своей беспомощности.
Особенности психологической зашиты и совладания у больных с психосоматическими сердечно-сосудистыми заболеваниями во многом определяются характером саморегуляции, когнитивными, эмоциональными и поведенческими стереотипами личностного и социального функционирования. У больных ишемической болезнью сердца (ИБС) наличие черт поведенческого типа А (стремление к конкуренции, спешка при нехватке времени, враждебность, повышенная тревога, интенсивное и непрерывное стремление к достижениям при недостаточно определяемых целях и возможностях) может приводить к длительному эмоциональному напряжению, страху неудачи, выраженным вегетативным реакциям и прогрессирующему развитию заболевания. У части больных с преморбидно активной системой саморегуляции проявляется активные способы совладания и защиты. Преодолевая страх смерти, тревогу и депрессию, они стремятся вовлечься в работу, активно изменить ситуацию, сменить работу, отказаться от прежних целей. Иногда они проявляют и такие неконструктивные механизмы защиты как отрицание серьезности состояния здоровья, отреагирование в действиях (несоблюдение рекомендаций врача, суицидальные попытки), негативизма и враждебности (обычно в форме подозрительности) в отношении врача и лиц ближайшего окружения.
У больных с психосоматическими сердечно-сосудистыми заболеваниями с преморбидно пассивной системой саморегуляции побуждения к действию блокируются неуверенностью и нерешительностью, отмечается погружение в эмоционально неприемлемую ситуацию, сохранение притязаний при снижении уровня возможностей, ипохондризация (устойчивая направленность эмоционального реагирования на соматическую сферу). Для них характерными защитными механизмами являются регрессивное поведение, инфантильная зависимость от окружающих, соматизация и уход в болезнь. В случае заметного снижения работоспособности и неблагоприятного изменения статуса в семье такой больной пытается справиться с чувствами унижения и агрессии посредством защитных механизмов вытеснения и рационализации, позволяющих оправдать болезнью свою несостоятельность.
Личностные особенности больных психосоматическими желудочно-кишечными нарушениями также могут определять два типа защитного поведения. В.И.Симаненков (1991) выделяет у больных с язвенной болезнью двенадцатиперстной кишки и желудка пассивно-гетерономный личностный тип, характеризующийся доминированием мотивационной тенденции «боязнь неудачи», склонностью к зависимости и конформности. В ситуациях, требующих ответственности и самостоятельности такие больные прибегают к пассивным механизмам защиты — вытеснению, регрессии, уходу в болезнь. Реже встречаются среди больных с этой патологией второй личностный тип, названный автором активно-автономным, со свойственной ему мотивационно-поведенческой ориентацией на «достижение успеха». Обычно эти больные пытаются активно преодолевать трудности и негативные переживания, используя механизмы совладания (отвлечение внимания от болезни или стремление получить о ней полную информацию), психологическую защиту по типу отрицании (неохотное посещение врача и избегание диагностических исследований) или агрессии, обвинения других в возникновении своих трудностей (при этом вытесняется чувство вины).
Психологическая защита у больных язвенной болезнью связана с наличием наиболее характерного для них интрапсихического конфликта между потребностями зависимости и независимости. Конфликт и соответствующая психологическая защита (прежде всего, вытеснение и регрессия), предшествующие манифестации язвенной болезни, активируются в ситуации, когда больной не находит признания собственной личности, достоинств и заслуг, окружающая среда (профессиональная сфера — у мужчин, семейно-любовная — у женщин) его недооценивает, игнорирует или подавляет. Повышенная потребность зависимости от других вытесняется из сознания, так как вступает в конфликт с сознательными претензиями личности на независимость, активность, самостоятельность, ответственность. Однако вытесненная потребность зависимости возвращается а виде переживания беспомощности, необходимости помощи и опеки, что, в свою очередь, сопровождается малоосознаваемым чувством вины, унижения «Я» больного, стремящегося в своих желаниях к независимости. Включение в защитную деятельность механизма рационализации снижает остроту травмирующих переживаний.
В целом, психологическая защита у больных психосоматическими расстройствами, в отличие от страдающих неврозами, характеризуется более глубокой неосознаваемостью, пассивностью и ригидностью. С другой стороны, у части больных с этой патологией чаще, чем у невротиков, встречаются гибкие и более сознательные способы совладания с болезнью и стрессовыми ситуациями.
ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКАЯ ТАКТИКА В ОТНОШЕНИИ
МЕХАНИЗМОВ ЗАЩИТЫ И СОВЛАДАНИЯ
Знание и учет механизмов психологической защиты и совладания необходимы при проведении патогенетически обоснованных психотерапевтических мероприятий с целью повышения эффективности терапии и реабилитации. Выявление этих механизмов происходит при изучении стратегий поведения больных в связи с болезнью, а также способов реагирования в трудных жизненных ситуациях в преморбидный период. Особенности психологической защиты проявляются в период интенсивной психотерапевтической работы при обсуждении существенной проблематики больных, анализе самооценки, прояснении неотчетливо выражаемых пациентом эмоций, конфронтации (сопоставление и демонстрация больному его противоречивых высказываний и поведения), осознании внутреннего конфликта, а также в общении с врачом. Защитные механизмы пациента представляют собой один из источников сопротивления в процессе психотерапии. Сопротивление отражает прежде всего наличие противоречивой мотивации к лечению, с одной стороны, сознательного стремления к выздоровлению, с другой — неосознаваемой потребности в сохранении заболевания, так называемой «условной желательности болезни». Пациент оказывает сопротивление в определенные моменты психотерапевтического процесса, используя типичный для его личности стиль защиты, с помощью которого он избегает болезненных переживаний.
Важнейшим правилом в психотерапевтической тактике при работе с защитными механизмами больного является признание врачом определенного позитивного значения психологической защиты, проявление уважения к «Я» пациента, которое осуществляет центральную регулирующую функцию в системе психической адаптации. Следующим, также важным правилом является постепенная, пошаговая работа с выявлением, осознанием и истолкованием способа защиты. В моменты выраженного сопротивления пациента психотерапии врач может показать очевидность этого защитного противодействия, а пациент будет в состоянии осознать и признать факт действия этих неосознаваемых им прежде сил. Только тогда можно приступить к истолкованию механизма проявления конкретного способа психологической защиты, его адаптивных и дезадаптивных функций.
Психотерапевтические воздействия в отношении психологической защиты могут осуществляться на различных уровнях. Конструктивное изменение психотравмирующей жизненной ситуации, симптоматическое снижение тревоги, укрепление «Я» и повышение самооценки могут способствовать снижению дезадаптивной защитной деятельности пациента. Создание эмпатического общения (сопереживания и эмоциональной поддержки) с пациентом также приводит к уменьшению защитного сопротивления больного. При целенаправленной работе с механизмами психологической защиты осуществляется изменение нарушенных отношений личности, осознание и разрешение конфликта. В ходе психотерапии следует стремиться к замене примитивных, незрелых защитных реакций вытеснения более избирательными и сознательными адаптивными способами подавления и обладания. Тем самым достигается вербальный контроль, и пациент начинает использовать более совершенные, сознательные механизмы психической адаптации. Раскрытие и переработка одних защитных механизмов (замещение, идентификация) проводится в целях укрепления «Я» пациента, других (рационализация, интеллектуализация, фантазирование, реализация в действии, вытеснение) — для обучения контролю и управлению ими, третьих (уход в болезнь, регрессия) — для устранения их.
Защитные механизмы соматизации при неврозах и психосоматических расстройствах препятствуют развитию активных способов противодействия болезни, ограничивают процесс познания психологических факторов своей болезни, затрудняют применение личностно-ориентированной (реконструктивной) психотерапии. Пациенты с соматизированным типом ВКБ нуждаются с самого начала лечения в коррекции неадекватной концепции своего заболевания. К этим пациентам необходим специфический психотерапевтический подход, учитывающий при выборе методов психотерапии и ее проведении единство психической и соматической сфер функционирования больных. В процессе психотерапии важно достижение осознания пациентами причинно-следственной связи конфликта, аффекта и соматических проявлений заболевания, а также приобретение умения противодействовать переключению переживаний на соматическую сферу.
Иногда врачу трудно осуществить конструктивное изменение механизмов психологической защиты. Тогда ему следует сосредоточиться на поддержании и развитии у пациента механизмов совладения с болезнью. Наиболее полезными из них являются заинтересованное участие пациента в ходе диагностики и лечения, поиск поддержки в его ближайшем социальном окружении, терпеливость, сохранение самообладания, противостояние болезни, альтруистическое поведение.
В заключение следует подчеркнуть, что знание и учет механизмов психологической зашиты и совладания у больных неврозами и психосоматическими расстройствами способствует не только более полному пониманию больного и его поведения, но и повышает эффективность всех лечебных и реабилитационных воздействий.

РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА
1. Губачев Ю.М., Стабровский Е.М. Клинико-физиологические основы психосоматических соотношений. — Л.: Медицина, 1981.
2. Карвасарский Б.Д. Медицинская психология. — Л.: Медицина, 1982.
3. Руководство по психотерапии / Под ред. В.Е.Рожнова. — Ташкент: Медицина, 1979.
4. Ташлыков В.А. Психология лечебного процесса. — Л.: Медицина, 1984.
5. Фрейд З. Психология бессознательного. Сб. произведений. Состав., научн. ред. М.Г.Ярошевский. — М.: Просвещение, 1989.


Дизайн 2010 - 2012 год     По всем вопросам и предложениям пишите на goldbiblioteca@yandex.ru