логотип сайта  www.goldbiblioteca.ru
Loading

Скачать бесплатно

Читать онлайн Кларк Артур Чарльз. Зазвонил телефон...

 

Навигация


Ссылки на книги и материалы предоставлены для ознакомления, с последующим обязательным удалением, авторские права на книги принадлежат исключительно авторам книг












































Яндекс цитирования

 

Артур Кларк
Зазвонил телефон...



Четверть миллиарда людей подняли телефонные трубки и несколько секунд раздраженно или встревоженно вслушивались. Некоторые подумали, что звонят откуда нибудь из Австралии — через спутник связи, который был запущен накануне. Однако в трубке не слышалось ничьего голоса, только непонятный звук, напомнивший кому шум моря, кому — звенящие под ударами ветра струны арфы. Другим же этот звук принес воспоминание далекого детства: пульсация крови, которая слышна, если приложить к уху большую раковину. Но, что бы то ни было, секунд через двадцать все прекратилось.
Телефонные абоненты ругнулись, пробормотали «ошиблись номером» и повесили трубки. Кое кто пытался позвонить в соответствующую телефонную компанию и высказать свое недовольство, но линия была занята. Через несколько часов об инциденте забыли все, кроме тех, в чьи обязанности входит не допускать подобных случайностей.
В Исследовательской станции связи спор продолжался все утро и ни к какому решению не привел. Не утих он и во время перерыва на ленч, когда голодные инженеры, продолжая переговариваться, вошли в кафе напротив.
— Я продолжаю считать, — заявил Уилли Смит, специалист по солидной электронике, — что это был короткий мощный импульс, возникший в момент подключения к сети спутника.
— Да, какая то связь с подключением спутника, несомненно, была, — поддержал его Жюль Рейнер, проектировщик сетей. — Но чем объяснить несовпадение по времени? Спутник включился в полночь, а звонки раздались только через два часа — как всем нам слишком хорошо известно. — И он громко зевнул.
— А что вы думаете, док? — спросил Боб Эндрюс, программист компьютеров.
— Вы почти все утро молчали. Наверное, припасли какую нибудь идейку?
Доктор Джон Уильяме, возглавлявший математическую группу, смущенно пожал плечами.
— У меня действительно есть одна идея, — начал он. — Но вы вряд ли отнесетесь к ней серьезно.
— Это не имеет значения. Даже если ваша идея будет напоминать научно фантастические рассказы, которые вы печатаете под псевдонимом, она может нас на что то натолкнуть.
Уильяме покраснел, но не очень сильно. Все знали о его рассказах, и он их не стыдился. Они ведь даже вышли отдельным сборником. (После распродажи залежавшегося тиража у него оставалось еще сотни две экземпляров.)
— Ну хорошо, — заговорил он, машинально теребя скатерть. — Откровенно говоря, эта мысль появилась у меня не сейчас, а еще несколько лет назад. Скажите, вы когда нибудь задумывались об аналогии между автоматической телефонной станцией и человеческим мозгом?
— Да кто же об этом не думал? — усмехнулся один из его слушателей. — Этой идее столько же лет, сколько самому телефону.
— Возможно. Но я и не утверждаю, что сказал что то оригинальное. Однако пора отнестись к этой проблеме серьезно. — Он нахмурился, глядя на свисающие с потолка трубки ламп дневного света; день был сумрачный, туманный, и они горели. — Что такое с этим чертовым светом? Лампы уже минут пять мигают.
— Не отвлекайтесь на пустяки. Наверное, Мэйси забыла оплатить счет за электричество. Рассказывайте дальше.
— У меня уже не только предположения, имеется и кое что из фактов. Мы знаем, что человеческий мозг представляет собой как бы сложную сеть переключателей, соединенных нервными волокнами. Автоматическая телефонная станция, в свою очередь, является системой переключателей — селекторы и прочее, — соединенных проводами.
— Согласен, — кивнул Смит. — Но на этой аналогии далеко не уедешь. Мозг содержит около пятнадцати миллиардов нейронов, так ведь? В какой же телефонной станции найдется столько переключателей?
Ответ Уильямса потонул в реве низко летящего реактивного самолета; пришлось подождать, пока кафе перестанет сотрясаться.
— Никогда они так низко не летали, — пробормотал Эндрюс. — Я думаю, это против правил.
— Это действительно против правил. Но не беспокойтесь: воздушный контроль сейчас намылит ему шею.
— Сомневаюсь, — покачал головой Рейнер. — Именно воздушный контроль назначает высоту захода на посадку. Но так низко… Не завидую тем, кто на борту.
— Так мы будем наконец говорить о деле или нет? — недовольно спросил Смит.
— Вы были правы, говоря о пятнадцати миллиардах нейронов, — спокойно продолжал Уильяме. — Именно в это все и упирается. Пятнадцать миллиардов
— много это или мало? Много? А знаете ли вы, что еще два десятилетия назад общее число переключателей в разбросанных по всей стране телефонных станциях превышало пятнадцать миллиардов. А сейчас их раз в пять больше.
— Понятно, — очень тихо сказал Рейнер. — Значит, теперь, когда подключился новый спутник, все они соединены между собой.
— Вот именно.
За столом стало совсем тихо; слышался только звон колокола пожарной машины.
— Давайте говорить прямо, — решительно сказал Смит. — Вы утверждаете, что наша телефонная система превратилась в гигантский телефонный мозг?
— Нет, это был бы слишком грубый, антропоморфический подход. Я предпочитаю мыслить о возникшем явлении в понятиях критической массы или критического размера. — Уильяме поднял обе руки, полусомкнув пальцы, как будто в них что то было зажато. — Представьте себе: я держу два куска урана 235; ничего не происходит, пока они находятся на некотором расстоянии друг от друга. Но если их соединить, — он сблизил руки, — получится нечто совсем непохожее на один большой кусок урана. Образуется воронка с полмили в диаметре. То же самое произошло с телефонными сетями; до сегодняшнего дня они были большей частью независимы, не сообщались между собой. Теперь же мы резко увеличили число связующих звеньев — все отдельные сети слились в единое целое и достигли критического размера.
— И как, интересно, следует понимать «критичность» в данном случае? — спросил Смит.
— За неимением лучшего слова я назвал бы это «сознанием».
— Весьма необычное «сознание»… — заметил Рейнер. — А что оно использовало бы в качестве органов чувств?
— Этой цели могут послужить радио— и телевизионные станции. Они дадут «сознанию» достаточно пищи для размышлений! Полученные данные будут храниться во всех компьютерах; у него имеется доступ и к компьютерам, и к электронным библиотекам, и к радарным станциям слежения, и к телеметрированию в автоматических фабриках. О, ему хватит органов чувств! Мы даже не можем приблизиться к представлению получаемой им картины мира, но она несравненно богаче и сложнее нашей. Это не вызывает сомнений.
— Ну хорошо, допустим, все именно так — очень уж увлекательно нарисовано. Что же это «сознание» сможет делать ? — спросил Рейнер. — Оно ведь не способно, например, куда нибудь пойти — на чем оно будет передвигаться?
— А зачем ему путешествовать? Оно одновременно присутствует повсюду! И любое электрическое устройство, управляемое дистанционно, может быть использовано в качестве исполнительного органа.
— Теперь мне понятен разрыв во времени, — вмешался Эндрюс. — Новое существо было зачато в полночь, но родилось только в 1:50 ночи. А звук, разбудивший всех нас, был первым криком новорожденного.
Его попытка сострить явно не удалась, и никто не улыбнулся. Над головами раздражающе часто мигали лампы. В это время в кафе вошел, по обыкновению производя много шума, Джим Смолл из отдела энергетического обеспечения.
— Вы только посмотрите, ребята, — он широко улыбался, размахивая листом бумаги. — Я богач. Когда нибудь видели такой счет в банке?
Д р Уильямс взял протянутый лист, пробежал глазами и прочел вслух:
— Кредит 999.999.897.087 долларов… Ничего необычного, — заявил он под раскаты смеха. — Компьютер допустил небольшую ошибку. Иногда такие вещи случаются.
— Да я и сам это знаю, — сказал Джим, — но не портите мне удовольствие. Я этот отчет вставлю в рамку — кстати, а что, если я попытаюсь сейчас выписать чек на несколько миллионов? Могу я подать на банк в суд, если чек не оплатят?
— Ничего не получится, — ответил ему Рейнер. — Могу поклясться, что о подобных случайностях банки давно подумали и обезопасили себя в каком нибудь документике крохотной сноской мелким шрифтом. А когда, хотел бы я знать, вы получили этот отчет?
— Полуденной почтой; мне их присылают на работу, так что жена о моих финансах ничего не знает.
— Н да… это значит, что составлен отчет был рано утром. Несомненно, после полуночи.
— К чему вы клоните? И почему у всех такие мрачные лица?
На его слова никто не отреагировал; в мыслях, на которые натолкнул инцидент с банковским отчетом, не было ничего приятного.
— Кто из присутствующих знает что нибудь об автоматизированных банковских системах? — спросил Уилли Смит. — Как они связаны между собой?
— Точно так же, как и все прочее в наши дни, — ответил Боб Эндрюс. — Все они объединены в единую сеть — компьютеры сообщаются между собой. Это подтверждает вашу теорию, Джон. Если действительно будет происходить что то необычное, первых проявлений следует ждать именно в этой сфере, не считая собственно телефонной системы, конечно.
— Никто так и не ответил на вопрос, который я задал перед появлением Джима, — громко пожаловался Рейнер. — Что будет этот сверхразум делать ? Окажется ли он дружественным — враждебным — безразличным? Осознает ли он наше существование или единственной реальностью для него будут воспринимаемые и посылаемые им электронные символы?
— Я вижу, вы начинаете мне верить, — заметил Уильямс с каким то мрачным удовлетворением. — Но на этот вопрос я могу ответить только вопросом. Что делает новорожденный ребенок? Ищет себе пищу. — Уильяме посмотрел на мигающие лампы. — Боже мой, — медленно произнес он, потрясенный новой мыслью. — Да ведь для него существует только одна пища — электричество.
— Ну мы уже достаточно всякой ерунды наговорили, — решительно вмешался Смит. — Что, черт возьми, случилось с нашим ленчем? Мы сделали заказы двадцать минут назад.
Никто ему не ответил.
— Ну а потом, — сказал Рейнер, продолжая мысль Уильямса, — новорожденный будет осматриваться вокруг и потягиваться. Осмотревшись, начнет играть, как любой растущий ребенок.
— А дети иногда ломают вещи, — прошептал кто то.
— Игрушек у него будет достаточно, это уж точно. Например, «Конкорд», пролетевший над нами. Автоматизированные заводские линии. Светофоры на улицах.
— Как кстати вы об этом упомянули, — вмешался Смолл. — С уличным движением что то случилось — уже минут десять все стоят. Похоже, большая пробка.
— Наверное, горит что нибудь — я слышал пожарную машину.
— А я слышал две и что то очень похожее на взрыв в стороне индустриальной зоны. Надеюсь, ничего серьезного.
— Мэйси!!! Как насчет свечек? Ничего не видно!
— Я только что вспомнил — в этом кафе кухня полностью электрифицирована. Мы получим свой ленч холодным, если вообще что нибудь получим.
— Ну что ж, можем газету почитать, пока ждем. Это у тебя последний выпуск, Джим?
— Да, я еще даже не заглядывал. Да а, сегодня действительно очень много странных происшествий. Отказали железнодорожные сигналы… Водопроводная магистраль лопнула из за того, что не сработал предохранительный клапан… Десятки жалоб на непонятный ночной звонок…
Он перевернул страницу и внезапно замолчал.
— Что такое?
Смолл молча протянул газету. Только первая страница имела привычный вид. Все последующие представляли собой мешанину из букв и обрывков слов — лишь местами отрывочные рекламные объявления создавали островки нормальности в море тарабарщины. Они, очевидно, были набраны отдельными блоками и потому избежали участи остального текста.
— Вот к чему привело дистанционное управление набором и печатанием, — зло сказал Эндрюс. — Боюсь, газетные боссы хотели убить одним выстрелом слишком много электронных зайцев.
— Если мне будет позволено высказаться на этом сборище истериков, — громко и твердо вмешался Смит, — я хотел бы подчеркнуть, что пока бояться нечего — даже если окажется, что Джон прав. Мы всего лишь отключим спутники, и опять все пойдет по старому.
— Префронтальная лоботомия, — пробормотал Уильяме. — Я уже думал об этом.
— А? Ну да — удаление участка мозга — как в старину лечили шизофрению. Дорого обойдется, конечно, и опять придется перейти на телеграфное сообщение, зато страна не погибнет.
Где то неподалеку раздался резкий звук взрыва.
— Мне все это не нравится, — нервно сказал Эндрюс. — Давайте послушаем, что скажет радио — только что начался выпуск новостей.
Он достал из портфеля маленький транзисторный приемник.
— …небывалое число аварий на заводах…
— …несколько аэропортов вынуждены прекратить полеты в связи нарушением работы радаров…
— …банки и биржи закрылись из за полной несостоятельности их информационно программирующих систем. («Вот удивили», — пробормотал Смолл, и все на него зашикали…)
— Одну минуту, пожалуйста, поступили последние сообщения, — продолжал диктор. — Так вот, как только что стало известно, что контроль над спутниками связи полностью утерян. Они больше не реагируют на команды с Земли. Согласно…
Станция замолчала; не слышно стало даже несущей волны. Эндрюс покрутил ручку настройки — эфир молчал на всех диапазонах.
Рейнер возбужденно заговорил, и в голосе его слышались истерические нотки:
— Великолепная идея — префронтальная лоботомия, Джон. Как жаль, что ребенок успел об этом подумать.
Уильяме медленно поднялся.
— Давайте вернемся в лабораторию. Должен же быть какой то выход. Он же еще ребенок. Ребенок, хотя и растет слишком быстро.


Дизайн 2010 - 2012 год     По всем вопросам и предложениям пишите на goldbiblioteca@yandex.ru